Оренбургская Неделя
НАРОДНЫЙ ТЕЛЕФОН 

Народный телефон

Радио: быть или не быть?

Наталия Павловна:

- Вы не могли бы узнать, что у нас в Оренбурге творится с проводным радио? Вот уже несколько месяцев работает оно с грехом пополам. С утра молчит, потом начинает работать, но еле слышно. Звук то пропадает, то искажается. Мы неоднократно звонили в службу 008. После звонка некоторое время радио работает более-менее исправно, а потом опять как попало. Нам даже сказали, что проводное радио вообще скоро ликвидируют. Вместо него установят цифровое. Так ли это?

P.S. Хочу, в свою очередь, поделиться собственной историей. В январе написала заявление, в котором отказываюсь от услуг проводного радио. На дворе июнь, а радиоточка до сих пор работает. Что же касается вашего звонка, Наталия Павловна, то мы пытались связаться с радиоузлом. Несколько дней подряд с утра до вечера звонили по двум телефонам, которые нам дали в ОАО «ВолгаТелеком»: 56-01-12 и 57-22-20. Ни один из них ни разу не ответил. Видно, и впрямь с проводным радио что-то не так. Надеемся, что работники радио читают нашу газету и выйдут с нами на провод.

 

И в темноте, и в обиде

Ольга Ивановна:

- Я звоню от имени членов общества садоводов «Строитель», которое находится в Карачах-Пугачах. На дворе июнь, а мы сидим без света. Ни пищу приготовить, ни согреться. По ночам на дачах прохладно. А ведь многие живут здесь с детьми. Хоть дачу бросай и уезжай домой, но ведь все разворуют. Жалко своего труда. Мы обращались к Харченко, относили заявление и неоднократно звонили, но никак не можем его застать. А между тем в других обществах свет подключен уже в апреле. Нам предлагают провести свет от общества «Мичуринец», но платить придется по три рубля за киловатт. Это же умопомрачительные деньги. С кого брать? С пенсионеров? Поверьте, до слез доходит.

P.S. Мы созвонились с председателем совета Оренбургской межрайонной ассоциации садоводческих некоммерческих объединений Владимиром Харченко. И вот что он ответил: «Да, ко мне обращались представители общества садоводов «Строитель». Я могу помочь, но работать за председателя их общества не могу. Прежнего председателя они выгнали, а новый ко мне не обращается. Как только он выйдет на меня, так мы начнем действовать. Есть несколько путей решения этой проблемы. Один из них – подключить электроэнергию от «Мичуринца». Да, за киловатт придется платить три рубля. Из чего складывается эта сумма? Стоимость киловатт/часа в городской зоне, а «Мичуринец» находится в городской черте, составляет один рубль 70 копеек. Но существует такое понятие, как потери электроэнергии – до подстанции, на подстанции. И эти потери достигают 50 процентов. С учетом этих потерь стоимость киловатт/часа для тех, кто находится близко к подстанции, - два рубля. Для тех, кто дальше, – 2,5. Электролинию обслуживают три человека, которым ежемесячно нужно выплачивать в общей сложности 15 тысяч рублей. Можно собирать с членов общества садоводов отдельные взносы для зарплаты электрикам, но в «Мичуринце» вложили эту сумму в стоимость киловатт/часа. Поэтому получилась такая цифра – три рубля за киловатт. Я не согласен с этой цифрой. Но это старая и больная тема, и она заслуживает отдельного разговора.

Проблему «Строителя» можно решить и другим образом. Например, построить свою подстанцию. Ее может поставить и каждый садовод на своем участке. Возможна и микрокооперация. В общем, есть варианты. Надо их рассматривать на общем собрании и, так или иначе, решать проблему с электричеством. Нужен лидер, который возьмется за эту работу. Вот в Бердах тоже не было два месяца света. Как только за дело взялись энергичные люди, вопрос решили в считанные дни. В субботу их избрали - в понедельник уже включили электричество. Если б не выходные, думаю, они эту задачу решили бы за один день. Новое руководство «Строителя» тоже пусть берется за дело. Я могу помочь.

 

Хамская реклама

Владимир Александрович:

- Я не ханжа, но меня просто возмущает реклама, которая звучит по проводному радио, про лекарство под названием импаза. Идет какая-нибудь передача, и вдруг врубается голос, поющий песенку следующего содержания: мужики, принимайте импазу, наступит счастливая жизнь, а вы, девчонки, держись! Не ручаюсь за точность, но смысл такой. По-моему, это хамская реклама. И оскорбительная – в первую очередь для женщин. Кто-то должен следить за тем, что идет в эфир. Надо же уважать людей!

P.S. Насчет этой рекламы ничего не могу сказать – не слышала. Но есть много других, которые мне лично активно не нравятся. Послушаешь кряду несколько роликов и невольно приходишь к выводу, что бог создавал человека не в лучшем настроении. Потому что в итоге получилось нечто прыщавое, обсыпанное перхотью, 365 дней в году страдающее от критических дней, а также диареи, вздутия живота и прочих напастей. Все даже и не хочется перечислять. А больше всего мне не нравится, что актриса Марина Голуб – заслуженная артистка РФ, играющая на сцене Московского художественного театра имени Чехова в спектаклях по пьесам Шекспира, Мольера, Брехта, Горького, - рекламирует майонез «Махеев» и средство для чистки унитазов. Увы, Владимир Александрович, реклама – это то, что от нас с вами не зависит. Единственное, что мы можем сделать, – выдернуть вилку из розетки. 

 

А на бумаге все очень просто…

Валентина Федоровна:

- Обращаюсь к вам от имени жителей поселка Южного города Оренбурга. Нас обслуживает поликлиника № 2 муниципальной клинической больницы № 3. В поликлинике принимает один врач-эндокринолог. А у него на учете свыше тысячи пациентов, страдающих сахарным диабетом. А диабет – это чума 20-го, а теперь и 21 века. Чтобы попасть на прием к эндокринологу, надо занимать очередь в день записи к специалистам в шесть часов утра. Через 15 минут свободных мест в журнале записи не остается. Не успел записаться – жди неделю, чтобы опять попытаться попасть к врачу. Мы хотели бы, чтобы в поликлинику приняли еще одного специалиста, и тогда визит к эндокринологу не будет превращаться в столь непростое испытание для нервной системы и без того нездоровых людей.

P.S. Мы отправили запрос в управление здравоохранения администрации Оренбурга. Приводим выдержку из ответа начальника правления Евгения Симоненко, полученного на наш запрос:

«В поликлиническом отделении № 2 ММУЗ «МГКБ № 3» работает на 1,0 ставки врач-эндокринолог и на 1,0 ставки медицинская сестра (норматив на 20 000 населения – 1,0 ставки врача и 2,0 ставки медицинской сестры). График работы – 5 дней в неделю с третьей рабочей субботой месяца. В этот день принимаются диспансерная группа больных и пациенты, обратившиеся на прием без талонов.

В течение рабочей недели пациентов на прием к врачу-эндокринологу направляет участковый врач-терапевт, который после обследования нуждающихся в консультации выдает талон к этому специалисту. Пациентов, нуждающихся в наблюдении у эндокринолога, врач записывает к себе на повторный прием, после чего пациенты, минуя регистратуру, проходят на прием к специалисту без талона.

Валентине Федоровне необходимо обратиться к участковому врачу-терапевту».

 

Тополиный пух, беда, июнь…

Мария Егоровна, пенсионерка:

- Мы живем на пересечении переулка Некрасовского и улицы Казаковской. У нас тут так цветут тополя, что рот не откроешь. Все завалено пухом. Дети его поджигают. Мы уже горели. Поверьте, это страшно. Неужели нельзя сажать другие деревья? И еще один вопрос: когда нам отремонтируют часть дороги по улице Казаковской от улицы Постникова? Эти 30 метров невозможно проехать без содрогания – колея по колено. Всего и дел – засыпать эту колею щебенкой. Мы бы уже были счастливы.

P.S. Несмотря на то, что тополь является замечательным очистителем воздуха – каждое дерево поглощает около 180 килограммов вредных выбросов (сажи, пыли, даже радиации) и выделяет больше кислорода, чем сосна и ель вместе взятые, - видимо, придется с ним расстаться. Или, во всяком случае, сажать гибриды, не дающие пуха. А такие уже есть. Ведь именно тополиный пух, вспыхивающий, как порох, способствовал страшным пожарам, случившимся на минувшей неделе в пригородах Оренбурга.

Это учли и в отделе благоустройства УЖКХ Оренбурга. С конца 2008 года в Оренбурге сажают уже не тополя, а гибриды, которые не «пушатся». А с теми тополями, которые в пору цветения обвешиваются белыми сережками, как ватой, тоже пытаются разобраться. Проводят тщательный переучет каждого дерева, и если оно поражено гнилью, его ликвидируют. В общем, идет в прямом смысле слова искоренение тополей «пуховых пород». Хотя специалистам очень жаль это дерево. Оно не виновато. Виноваты люди, которым хочется устроить из тополиного пуха фейерверк.   

 

_Наш корр_