Оренбургская Неделя
КОШЕЛЁК И ЭКОНОМИКА 

Повороты судьбы Александра Кузнецова

 РАССКАЗ ПРО ПОДЛОДКУ

- Как-то я был в очередной командировке в Петербурге, и в разговоре один бывший подводник упомянул, что есть на Северном флоте подлодка, тезка города, из которого я приехал. И что в экипаже всегда служат десятка три матросов из Оренбурга. А какое там меню у подводников? Им бы витамины, фрукты-овощи, а этого в рационе негусто. В разговоре участвовали ребята коммерческие, слово за слово – решили сброситься и послать на лодку фуру овощей. Закупили, я выделил машину – у меня же автомобильное предприятие – и отправили по адресу, который он назвал. Мне потом рассказали: подводники впали в легкий шок, решили, кто-то где-то напутал. Еле нашли, куда разгрузить. А я вернулся домой и вскоре забыл об этой истории…

 

* * *

Александр Кузнецов окончил железнодорожный техникум, так что тепловозное хозяйство изучал досконально. Конечно, не подводная лодка, но и не велосипед все же! Поездить, правда, довелось недолго и только помощником машиниста. Хотя впервые в кабине локомотива оказался еще в восьмом классе: сосед-железнодорожник как-то пригласил прокатиться до Сырта. Парню понравилась мощь, силища машины. Как оказалось потом, тысячи и тысячи лошадиных сил еще попадут под его управление. Но случится это не скоро и не совсем так, как виделось, пока четыре года учился и проходил практику в локомотивном депо.

Женился рано, на четвертом курсе, но что поделаешь, если любовь! Молодая жена окончила медучилище, работала медсестрой. Родилась дочь, а тут как раз и армия подоспела, пошел служить. Александр имел права водителя категории В-С, думал, за баранку посадят. Но солдат с правами много, машин меньше, поэтому, когда неожиданно оказался в медсанбате, удивлялся недолго. В общем, вернулся на гражданку с еще одной специальностью – санинструктора. Оканчивал же службу вообще в трубопроводных войсках. А до ЗИЛов и КрАЗов доходило только в немногое свободное время, когда вместе с ребятами уходил в автопарк, ремонтировал, возился с техникой: отводил душу.

 ПРОДОЛЖЕНИЕ РАССКАЗА ПРО ПОДЛОДКУ

- А в 2007 году полетели с делегацией от Оренбургской области в Мурманск, в гости к экипажу «Оренбурга». Такие визиты на подводный крейсер в области давно традиция, а я впервые отправился. Как положено, с подарками. И тут мне припомнилась эта история, я и спросил – как, мол, те овощи съели уже? Ребята отвечают: о, еще бы, только так и не знаем, откуда тогда машина была и от кого. Пришлось признаваться, что один из виновников торжества перед ними. Командир корабля Алексей Соколов, когда овощи пришли, еще в старпомах ходил – на него и упали заботы, как их оприходовать да пристроить.

В этот раз еще помог им с сувенирами – бейсболки там с эмблемой, ручки, кружки для представительства. Три-четыре ноутбука организовал, ну и по мелочам кое-что.

Конечно, главное тут сыграло, что подлодка все-таки «Оренбург». Гордость за родной город, во-первых, потом – там наши ведь мальчишки служат!

 * * *

Сам Александр вернулся после двухлетней службы сержантом. Устроился в Центральный РОВД, где наконец-то дорвался до баранки. Четыре года водил «уазик». В органах, если кто помнит, тогда была возможность некоего полуофициального совместительства, так что параллельно успел побывать и грузчиком, и рубщиком мяса… пока не вышел приказ министра, запрещающий сотрудникам подобное. На 110 рублей в 1989 году, не видя перспективы, без шансов на квартиру – не разгуляешься…

И Кузнецов резко меняет жизненный вектор. Товаровед в одном из оренбургских торговых флагманов эпохи перестройки, «Гильдии», потом экспедитор, а увольнялся спустя несколько лет уже коммерческим директором:

- Хотелось уже работать не на кого-то, а на себя. В какой-то момент любой, мне кажется, начинает примерять: а если усилия, которые я прилагаю, знания, которые я накопил, опыт, который я получил, использовать не так, как диктует работодатель, а как я сам считаю нужным – не лучше ли пойдет дело? Понятно, что возрастают и ответственность, и риск. Но люди делятся на тех, кто согласен рискнуть, вступить в конкуренцию с другими, и тех, кто предпочтет не испытывать судьбу. Готовность бросить вызов или принять его существует в любой профессии. Но это зависит скорее от личности, от натуры, от характера… Сейчас у меня работает довольно много людей. И если ребята приходят и говорят: «Александр Николаевич, я решил идти дальше сам, открываю свое дело», я только за. Потому что человек должен расти, непрерывно в течение своей жизни.

 * * *

Иллюстрацией этих слов является следующий период коммерческой деятельности Кузнецова, уже как основателя сети магазинов «Бытовая техника», который заодно иллюстрирует умозаключение Маркса о переходе количества в качество.

Начали завозить орские холодильники, стиральные машины, сепараторы – товары не изысканные, ценовая линейка «для тех, у кого еще нет». Но вспомним себя в девяностые: нормальных, элементарных бытовых приборов не было почти ни у кого. И сравнительно за недолгий отрезок времени – появились. Пришла пора агрегатов подороже, у людей появились деньги. Технику надо на чем-то ввозить. Решили делать свой парк, который сейчас насчитывает больше 150 тяжелогрузных машин, это отдельная компания.

Стали сами ездить за товаром, который нередко поступал из-за границы. Почему тогда оттуда сразу и не ввозить? Вошли в Ассоциацию международных автомобильных перевозчиков. Чтобы заходить в Европу, нужны были новые машины. В лизинг тяжелые грузовики предлагала только шведская фирма «Скания».

С этой отправной точки до появления сервисного центра «Оренбург-СканСервис» было всего полшага.

 ОКОНЧАНИЕ РАССКАЗА ПРО ПОДЛОДКУ

- Мне подводники понравились. Отличные ребята, отважные, спокойные. Командира атомной подводной лодки «Оренбург» Северного флота, капитана I ранга Алексея Соколова я просто считаю своим другом. Он дважды уже у меня гостил. И даже вместе с женой. Охотились, рыбачили.

Внутри подлодки, между прочим, я был, пролез ее всю.

- Подлодка – место, в которое большинство наших читателей никогда не попадет. Как там, расскажите?

- Для меня бы служить там было тяжело. Замкнутое пространство. Проходы, отсеки – все очень узкое. Психологически давит. Хотя она почти тридцать метров высотой. Нехватка простора ощущается чрезвычайно сильно. Я день-то на одном месте не могу просидеть, а представить, что в поход люди идут на три-четыре месяца, солнца столько не видят… Если не в походе, то живут в казарме на берегу, на рейде внутри лодки только вахтовая смена.

Железные люди, уважаю.

 * * *

С открытием «Оренбург-СканСервиса» Александр смог в полной мере реализовать тягу к мощной технике. Да и становилось неинтересно: старое направление было откатано, работало как часы.

Вот и новое, к тому же такое «свое»: обслуживание автомобилей, гарантийный ремонт, да и та же продажа «Сканий». Но если делать, то качественно. Наши механики в международном конкурсе заняли третье место после признанных гигантов из Москвы и Питера – из почти трех десятков сервисных центров России. Откуда вдруг такие умельцы у Кузнецова? Об этом чуть позже, а пока в его судьбе впереди замаячил новый поворот. И тоже прямо по Марксу!

Взятым в лизинг «Сканиям», да и прочей дорожно-строительной технике, например, европейским экскаваторам, равных которым в области не было, требовался фронт работ. Вышли на перевозку руды в Башкирию. Потом на вскрышные работы…

Короче, от создавшейся ситуации до плотного освоения качественно нового дела, строительства, вновь оставалось полшага. И естественно, эти полшага были незамедлительно сделаны.

 РАССКАЗ ПРО ТЕХНИКУ

- Когда приходишь в серьезную организацию и говоришь, что ты – ИП, индивидуальный предприниматель, тебя всерьез не воспринимают. Пришлось открыть новую компанию - «Оренбург-РеалСтрой». Это был 2008 год. Очередной кризис! И мы, как говорится, «пошли на север». Обслуживали буровые, доставляли грузы. Уренгой, Ямбург, Надым, Ямало-Ненецкий автономный округ… А там напрямую работать сложно: куча посредников. Ты должен себя показать, ты должен себя зарекомендовать, убедить, что ты – можешь. Только в этом случае есть шанс закрепиться

А деваться некуда: в области работы на той строительной технике, что заимела компания, не предоставлялось. Спецтехника серьезная: десяток единиц за полмиллиона долларов – «катерпиллеры», бульдозеры, экскаваторы. А один так вообще за миллион.

Причем работают у меня все наши, оренбургские. Это – принцип! Вахтовым методом – месяц дома, месяц там. Налоги платят здесь, зарплату получают тоже. Лично с каждым перед приемом беседую. Уже интуиция выработалась, пять минут поговорил, и видно, стоит ли продолжать разговор.

Наши, земляки, не только работают на технике, но и обслуживают ее. Откуда специалистов берем? А это отдельный рассказ.

 

РАССКАЗ ПРО СПЕЦИАЛИСТОВ

- Для «Оренбург-СканСервиса» построили новое здание европейского класса, нашли инструмент, подъемники – все современное самое. Оборудование стоит, какого нет больше – сорокатонную машину на подъемник задирают, это впечатляет. Не на яме!

Поэтому заключили договор с ректором ОГУ Владимиром Ковалевским, студентов себе с третьего курса начинаем подбирать, с транспортного факультета. Потом, на четвертом уже целенаправленно идут к нам, на преддипломную практику. Темы для дипломов предлагаем. Большинство наших механиков не просто выпускники вуза, а краснодипломники.

Открыли кафедру для ОГУ прямо здесь, в «Сканцентре», здесь и обучаются – аудитория на группу, оборудованная как полагается, столовая тут же, душевые. Этот опыт даже для Приволжского округа уникальный.

 * * *

- До каких пор вам интересно идти вширь без качественно нового перехода? Остановиться, оглянуться. Такая жизнь не изматывает?

- В Учалы вот зашли, в Челябинскую область. Там вскрышных работ – примерно года на три. Можно закрепляться и строить дальнейшие планы. Ведем переговоры, поступило предложение – зайти на полуостров Ямал. А насчет остановиться… Знаете, стоит остановиться, и сразу ощущение, что чего-то не хватает. Можно изматываться, если даже просто сидеть в кабинете. Если ты душой болеешь за дело, по-любому будешь изматываться. Вот если все безразлично – тогда конечно, никто тебя не сможет измотать.

И потом: есть ответственность за людей, которые у меня работают. Если брать всех, около 400 человек. У каждого семья, дети. С каждым переговорено, а с теми, у кого проблемы возникают, и не раз. За советом подходят, наконец. И что же – закрыться, отойти? Вроде, по большому счету, ни к чему эта лишняя копейка, ничего она уже не решает.

- Ясно, не копейка определяет – а что тогда?

- Не знаю, как это назвать… У меня своя «подводная лодка», и я с нее, как мои друзья-подводники, никуда. И потом… Кто-то поймет, кто-то нет… Но когда у меня машина отлажена, дело идет красиво и бесперебойно, я люблю смотреть на ту работу, которую делаю! Даже буквально, со стороны смотреть: приезжаю на карьер, порода вскрывается, мощные механизмы ревут, самосвалы подъезжают-отъезжают – до того красиво!

 * * *

От помощника машиниста до гендиректора двух крупных предприятий, на фоне практически каждодневной, в течение шести лет депутатской деятельности в Оренбургском горсовете, причем такой, что чуть ли не полокруга знает в лицо, – это тоже впечатляет. Впрочем, жизненные повороты – как русло горной реки, не угадаешь, куда будет следующий и, тем более, что там, за поворотом, приготовлено. Да и нет необходимости пристально вглядываться, поскольку настоящий отрезок судьбы Александр еще далеко не исчерпал. Но не исключает он ничего:

- Может, я завтра начну… не знаю… рыбу разводить. По-моему, достаточно перспективно, а? – улыбается Кузнецов.

 

УРБАНОВИЧ Дмитрий